Биография А. Ф. Кони

Российский юрист, прокурор, судья, государственный и общественный деятель,сенатор, член Государственного Совета,судебный оратор,литератор,почётный академик Императорской Академии наук по разряду изящной словесности,профессор кафедры уголовного  судопроизводства  1- го  Петроградского университета.

Истина и справедливость - это великие начала без которых не может жить человечество. А.Ф.Кони

      Анатолий Кони родился 28 января,9 февраля по новому стилю,1844 года в Петербурге в семье литератора и преподавателя Федора Александровича Кони и актрисы Ирины Семеновны Юрьевой. В 1855 году поступил в немецкую школу при церкви Святой Анны,а затем во вторую гимназию. Из VI класса гимназии прямо держал в мае 1861 г. экзамен для поступления в Санкт-Петербургский университет по математическому отделению, а по закрытии в 1862 г. Санкт-Петербургского университета перешёл на II курс юридического факультета Московского университета, где и кончил курс в 1865 г. 

     По окончании в 1865 году университета со степенью кандидата права А.Ф.Кони поступил на временную службу счетным чиновником в Государственный контроль,затем был переведен в военное ведомство,где состоял при Главном штабе для юридических работ.

 

Карьера

      С введением новых учреждений в соответствии с судебными реформами  1864 года  А.Ф.Кони поступил в Санкт-Петербургскую судебную палату  на должность помощника секретаря, а в 1867 году секретарем прокурора Московской судебной палаты Ровинского Д.А.; в том же году был назначен товарищем прокурора сначала Сумского, затем Харьковского окружного суда. После кратковременного пребывания в 1870 г. товарищем прокурором был назначен прокурором Санкт-Петербургским и Самарским; участвовал в введении судебной реформы в Казанском округе в качестве прокурора Казанского окружного суда; в 1871 г. переведён на ту же должность в Санкт-Петербургский окружный суд; через четыре года назначен вице-директором департамента Министерства юстиции, в 1877 г. — председателем Санкт-Петербургского окружного суда; в 1881 г. председателем гражданского департамента Санкт-Петербургской судебной палаты; в 1885 г. — обер-прокурором уголовного кассационного департамента Правительствующего Сената; в 1891 году освобожден от обязанностей обер-прокурора и назначен сенатором; в октябре 1892 года вновь назначен обер-прокурором уголовного кассационного департамента  Правительствующего Сената с оставлением в звании сенатора. 1 января 1907 года назначен членом Государственного Совета с оставлением в звании сенатора. Паралельно с основной работой Анатолий Федорович был назначен членом Совета управления учреждений великой княжны Елены Павловны; в 1876 г. он был одним из учредителей Санкт-Петербургского юридического общества при университете, в котором неоднократно исполнял обязанности члена редакционного комитета уголовного отдела и совета; с 1876 по 1883 г. состоял членом Высочайше учрежденной комиссии, под председательством графа Баранова, для исследования железнодорожного дела в России, причём участвовал в составлении общего устава Российских железных дорог; с 1876 по 1883 г. состоял преподавателем теории и практики уголовного судопроизводства в императорском училище правоведения; в1877 г. избран был в столичные почетные мировые судьи, а в 1878 г. в почетные судьи Санкт-Петербургского и Петергофского уездов; в 1883 г. был избран в члены общества психиатров при военно-медицинской академии; в 1888 г. командирован в Харьков для исследования причин крушения императорского поезда 17 октября того же года и для руководства следствием по этому делу, а в 1894 г. в Одессу, для направления дела о гибели парохода «Владимир»; в 1890 г. Харьковским университетом возведён в звание доктора уголовного права (лат. honoris causa); в 1892 г. избран Московским университетом в почетные его члены; в 1894 г. назначен членом комиссии для пересмотра законоположений по судебной части. Таковы главные фазы, через которые проходила деятельность Кони, обогащая его теми разнообразными сведениями и богатым опытом, которые, при широком научном и литературном его образовании и выдающихся способностях, дали ему особое в судебном ведомстве положение, вооружив могущественными средствами действия в качестве прокурора и судьи. Судебной реформе Кони отдал все свои силы и с неизменной привязанностью служил судебным уставам, как в период романтического увлечения ими, так и в период следовавшего затем скептического к ним отношения. Такое неустанное служение делу правосудия представлялось нелегким. Наученный личным опытом, в одной из своих статей Кони говорит: «Трудна судебная служба: быть может, ни одна служба не дает так мало не отравленных чем-нибудь радостей и не сопровождается такими скорбями и испытаниями, лежащими при том не вне её, а в ней самой». Проникнувшись духом судебных уставов, он создал в лице своём живой тип судьи и прокурора, доказав своим примером, что можно служить государственной охране правовых интересов, не забывая личности подсудимого и не превращая его в простой объект исследования. В качестве судьи он сводил — выражаясь его словами — «доступное человеку в условиях места и времени великое начало справедливости в земные, людские отношения», а в качестве прокурора был «обвиняющим судьей, умевшим отличать преступление от несчастия, навет от правдивого свидетельского показания».

       25 декабря 1917 года Решением Совета народных комиссаров РСФР уволен с должности члена Государственного Совета в связи с упразднением этого органа. 10 января 1918 года избран профессором на кафедре уголовного судопроизводства Первого  Петроградского университета. Вплоть до сентября 1927 года Анатолий Федорович читал лекции как в университете,так и в других учебных заведениях,музеях,общественных организациях.          

       17 сентября 1927 года Анатолий Федорович умер. Первоначально был похоронен в Александро-Невской Лавре, затем  в 1930 году прах перенесен  на Литераторские мостки Волковского кладбища. На обелиске выбиты слова: Мыслил.Чувствовал.Трудился.

Выдающийся оратор

     Русскому обществу Кони известен в особенности как судебный оратор. Переполненные залы судебных заседаний по делам, рассматривавшимся с его участием, стечение многочисленной публики, привлекавшейся его литературными и научными речами, и быстро разошедшийся в двух изданиях сборник его судебных речей — служат тому подтверждением (отзывы: «Вестник Европы», 1888 г., IV; «Неделя», 1888 г., № 12; «Русские Ведомости» 10 марта; «Новое Время» 12 июля; «Юридическая Летопись», 1890 г., № 1; профессор Владимиров, «Сочинения»). Причина этого успеха Кони кроется в его личных свойствах, он воспитывался под влиянием литературной и артистической среды, к которой принадлежали его родители; в Московском университете он слушал лекции Крылова, Чичерина, Бабста, Дмитриева, Беляева, Соловьева. Слушание этих лекций заложило в нём прочные основы философского и юридического образования, а личные сношения со многими представителями науки, изящной литературы и практической деятельности поддерживали в нём живой интерес к разнообразным явлениям умственной, общественной и государственной жизни; обширная, не ограничивающаяся специальной областью знания, эрудиция при счастливой памяти, давала ему, как об этом свидетельствуют его речи, обильный материал, которым он умел всегда пользоваться, как художник слова.

     Судебные речи А. Ф. Кони всегда отличались высоким психологическим интересом, развивавшимся на почве всестороннего изучения индивидуальных обстоятельств каждого данного случая. С особенной старательностью останавливался он на выяснении характера обвиняемого, и, только дав ясное представление о том, «кто этот человек», переходил к дальнейшему изысканию внутренней стороны совершенного преступления. Характер человека служил для него предметом наблюдений не со стороны внешних только образовавшихся в нём наслоений, но также со стороны тех особых психологических элементов, из которых слагается «я» человека. Установив последние, он выяснял, затем, какое влияние могли оказать они на зарождение осуществившейся в преступлении воли, причём тщательно отмечал меру участия благоприятных или неблагоприятных условий жизни данного лица. В житейской обстановке деятеля находил он «лучший материал для верного суждения о деле», так как «краски, которые накладывает сама жизнь, всегда верны и не стираются никогда». Судебные речи Кони вполне подтверждают верность замечания Тэна, сделанного им при оценке труда Тита Ливия, что несколькими живыми штрихами очерченный портрет в состоянии более содействовать уразумению личности, нежели целые написанные о ней диссертации. Под анатомическим ножом Кони раскрывали тайну своей организации самые разнообразные типы людей, а также разновидности одного и того же типа. Таковы, направленцы, типы Солодовникова, Седкова, княгини Щербатовой, а также люди с дефектами воли, как Чихачев, умевший «всего желать» и ничего не умевший «хотеть», или Никитин, «который все оценивает умом, а сердце и совесть стоят позади в большом отдалении».

    Выдвигая основные элементы личности на первый план и находя в них источник к уразумению исследуемого преступления, Кони из-за них не забывал не только элементов относительно второстепенных, но даже фактов, по-видимому, мало относящихся к делу; он полагал, что «по каждому уголовному делу возникают около настоящих, первичных его обстоятельств побочные обстоятельства, которыми иногда заслоняются простые и ясные его очертания», и которые он, как носитель обвинительной власти, считал себя обязанными отстранять, в качестве лишней коры, наслоившейся на деле. Очищенные от случайных и посторонних придатков, психологические элементы находили в лице Анатолия Федоровича тонкого ценителя, пониманию которого доступны все мельчайшие оттенки мысли и чувства.

    Сила его ораторского искусства выражалась не в изображении только статики, но и динамики психических сил человека; он показывал не только то, что есть, но и то, как образовалось существующее. В этом заключается одна из самых сильных и достойных внимания сторон его таланта. Психологические этюды, например, трагической истории отношений супругов Емельяновых с Аграфеной Суриковой, заключившихся смертью Лукерьи Емельяновой, или история отношений лиц, обвинявшихся в подделке акций Тамбовско-Козловской железной дороги, представляют высокий интерес. Только выяснив сущность человека и показав, как образовалась она и как реагировала на сложившуюся житейскую обстановку, раскрывал он «мотивы преступления» и искал в них оснований, как для заключения о действительности преступления, так и для определения свойств его.

    Мотивы преступления, как признак, свидетельствующий о внутреннем душевном состоянии лица, получали в глазах его особое значение, тем более, что он заботился всегда не только об установке юридической ответственности привлеченных на скамью подсудимых лиц, но и о согласном со справедливостью распределении нравственной между ними ответственности. Соответственно содержанию, и форма речей Кони отмечена чертами, свидетельствующими о выдающемся его ораторском таланте: его речи всегда просты и чужды риторических украшений. Его слово оправдывает верность изречения Паскаля, что истинное красноречие смеется над красноречием как искусством, развивающимся по правилам риторики. В его речах нет фраз, которым Гораций дал характерное название «губных фраз». Он не следует приемам древних ораторов, стремившихся влиять на судью посредством лести, запугивания и вообще возбуждения страстей — и тем не менее он в редкой степени обладает способностью, отличавшей лучших представителей античного красноречия: он умеет в своём слове увеличивать объём вещей, не извращая отношения, в котором они находились к действительности. «Восстановление извращенной уголовной перспективы» составляет предмет его постоянных забот.

    Отношение его к подсудимым и вообще к участвующим в процессе лицам было истинно гуманное. Злоба и ожесточение, легко овладевающие сердцем человека, долго оперирующего над патологическими явлениями душевной жизни, ему чужды. Умеренность его была, однако, далека от слабости и не исключала применения едкой иронии и суровой оценки, которые едва ли в состоянии бывали забыть лица, их вызвавшие. Выражавшееся в его словах и приемах чувство меры находит свое объяснение в том, что в нём, по справедливому замечанию К. К. Арсеньева, дар психологического анализа соединен с темпераментом художника. В общем можно сказать, что Кони не столько увлекал, сколько овладевал теми лицами, к которым обращалась его речь, изобиловавшая образами, сравнениями, обобщениями и меткими замечаниями, придававшими ей жизнь и красоту.

8 января 1900 года Анатолий Фёдорович был избран почетным академиком Императорской Академии наук по разряду изящной словесности. Он очень дорожил этим званием,систематически выступал с докладами о жизни и творчестве И.С.Тургенева, Ф.М.Достоевского, А.С. Пушкина, Л.Н.Толстого, Ю.М.Лермонтова.

Дело Веры Засулич

    24 января 1878 года В.И.Засулич пыталась убить выстрелами из пистолета Петербургского градоначальника Ф.Ф. Трепова. Это преступление получило широкую огласку. Дело велось в быстром темпе. Министр юстиции граф Пален и Александр Второй требовали от Кони гарантий,что Засулич будет признана присяжными заседателями виновной. Анатолий Федорович таких гарантий не дал. Тогда Министр предложил Кони сделать в ходе процесса какое-либо нарушение законодательства, чтобы была возможность отменить решение в кассационном порядке. Анатолий Федорович ответил: я председательствую всего третий раз в жизни,ошибки возможны и , вероятно, будут, но делать их сознательно я не стану, считая это совершенно несогласным с достоинством судьи. Вердикт присяжных заседателей по делу Засулич был" Нет, не виновна". Анатолий Федорович оказался в опале,его начали преследовать,постоянно ставился вопрос о его переводе на другую работу.

Литература:

1.Собрание сочинений т.1-8.Ю.Л. 1966-1969г.

2.Смолярчук В.И. Анатолий Федорович Кони.Москва, "Наука",1981г.

3.Смолярчук В.И. Гиганты и чародеи слова.Москва.Ю.Л. 1984г.

4.Высоцкий С.А. Кони.ЖЗЛ."Молодая гвардия" 1988г.

5.Сашонко В.Н. "А.Ф. Кони в Петербурге-Петрограде- Ленинграде" Лениздат.1991г.